ymblanter

2 ноября 2013

В октябре-ноябре я снова оказался по работе на две с половиной недели в Санта-Барбаре, и на вторые выходные (на первые я ездил в Йосемити) коллеги предложили сходить в горы. Неплохой повод быстро посмотреть на эту не самую посещаемую блоггерами часть Калифорнии.

Горы Санта-Инес.

На этот раз я жильё выбирал сам. Институт (KITP), где у меня находился офис, расположен прямо на берегу океана, а жил я тоже практически на берегу, но западнее, в месте, которое называется West Cottages. Место было, надо сказать, какое-то странное — то есть никаких претензий к самим коттеджам (их там два) у меня не было, но что там находится вокруг, я так и не смог разобраться, какие-то строения непонятного назначения, часть с заколоченными окнами, а вокруг совершенно пусто — с одной стороны океан, с другой эстуарий какого-то ручья, с третьей лес. С четвёртой вроде должен был быть город Илья-Виста, примыкающий к университету, но пойти туда проверять я так и не нашёл времени — вся территория, довольно большая, обнесена забором, и никакой уверенности, что в дальнем её конце будет проход сквозь забор, у меня не было, скорее наоборот. Поэтому утром я выходил , доходил до океана и шёл вдоль берега до этой самой Илья-Висты, а потом уже через неё в университет. А вечером, соответственно, в полной темноте и полной тишине, обратно. До ближайших домов Илья-Висты мне было идти 15 минут, а до института 50.

Около дома у меня было здание 1924 года постройки, которое называлось Helena T. Devereaux Hall. На нём была табличка, что оно внесено в местный реестр памятников (округа Санта-Барбара). Формуляр номинации доступен онлайн и рассказывает, что здание было построено как главный дом находившегося тут ранчо архитектором Мэри Осборн Крэйг в стиле, похожем на средизамноморскую архитектуру (видимо, это называется Italianate — в Америке, как известно, свои архитектурные стили, не всегда корелирующие с привычными нам европейскими). Хозяйка умерла в 30-е годы, там жили её дети, но в 1941 году дом выставили на продажу. В войну тут размещалась радарная станция (и не зря, как известно, в 25 км западнее Санта-Барбары в 1941 году произошёл первый с 1812 года обстрел континентальной территории США). Затем здание купила Devereaux Foundation и открыла тут школу для специальных детей. Ранчо в результате распродали по частям, но дом в 1987 году переделали в административное здание, и кому оно принадлежит сейчас, я не знаю. Сама Хелена Деверо, умершая в 1975 году, по-видимости, никогда тут не была. Никаких признаков жизни в самом здании я не видел, впрочем, я там появлялся в такое время, когда их и не следовало ожидать. На парковке у здания я встречал исключительно людей с сёрфами — при том, что парковка для нерезидентов там строжайше запрещена.

Helena T. Devereaux Hall.

Ну и дальше, собственно, ежедневная дорога по берегу океана, пятнадцать минут до первых домов Илья-Висты. На горизонте в хорошую погоду видны острова Ченнел-Айлендс, на которых устроен национальный парк. Кажется, левый называется Санта-Роза, а правый Сан-Рафаэль, но я точно не уверен.

Тихий океан.

Это было ежедневное развлечение, а в субботу я дошёл до института только для того, чтобы сесть в машину и доехать до начала тропы. Ехать было, собственно, довольно далеко. Калифорния в этом месте устроена примерно так. Берег Тихого океана идёт с востока на запад. Параллельно ему, километрах в пяти, идёт горный хребет, горы Санта-Инес. За ними расположена долина реки Санта-Инес, в низовьях которой, в частности, находится чуть ли не самая первая в Калифорнии францисканская миссия, но там я пока не был. Ещё дальше от берега проходит другой хребет, горы Сан-Рафаэль, а где-то за ними начинается долина Сан-Хоакин — пространство, отделяюшее береговые хребты от Сьерра-Невады на востоке Калифорнии. В этой долине выращивают чуть не 90% сельскохохяйственной продукции штата, когда по неё едешь, до горизонта видны поливалки. Но нам надо было не туда, а в пространство между горами Санта-Инес и Сан-Рафаэль, в горы на северном берегу реки Санта-Инес. Названий этих хребтов я не нашёл даже на самых подробных картах, и, по-видимому, правильно будет считать их отрогами гор Санта-Инес. Мы где-то за час доехали до кемпинга Upper Oso, от которого надо было идти пешком.

Идти нам надо было на Lonely Pine Mountain, что составляло 10.5 миль по горизонтали туда-обратно и примерно километр по вертикали (сама гора высотой 4480 футов, то есть примерно полтора километра). Я, в общем, догадывался, что я слабее всех своих коллег, общим числом четыре (один из них, например, когда-то был членом сборной Голландии по конькобежному спорту), а также знал, что с 2002 года я на такие расстояния не ходил. Так что я договорился с коллегами, чтобы они меня не ждали и в случае чего подобрали на обратном пути. Времени до заката у нас, вроде, было достаточно, так что я решил, что пойду, как получится, дойду до вершины — хорошо, не дойду — ничего страшного. В результате на вершине меня коллеги ждали минут сорок, и потом ещё внизу на обратном пути, но дойти я, хоть и не без усилий, смог.

Горы там имеют минималистический дизайн. Наверное, весной там как-то разнообразнее, но осенью всё просто. Снизу немного леса, он довольно быстро кончается, дальше только выжженная трава, колючие кусты и алоэ. Ещё выше только трава. На самой вершине — не зря мы шли на гору одинокой сосны — небольшой сосновый лес. Видимо, что-то осмысленное в таком климате может расти только выше полутора километров. Воды нет практически нигде, только ручей в самом низу.

При этом горы очень красивые — именно из-за того, что нет леса. Видна вся складчатость, причём скалы либо чёрные, либо жёлтые и светло-коричневые, а трава и кусты тёмно-коричневые. Ещё не совсем пустыня, но уже похоже. Масса панорамных точек, и вообще тропа проложена довольно удачно — она сначала довольно круто поднимается на хребет, а потом уже медленно по его склону.

Горы Санта-Инес.

По-видимому, горы Сан-Рафаэль.

Собственно Lonely Pine Mountain. Туда забираться ещё минут пятнадцать.

Панорамные виды с горы куда-то на запад.

Всё это развлечение у нас заняло часов пять, и под конец я даже как-то пришёл в себя, хотя спуск оказался тяжелее, чем я думал. На следующее утро я, как обычно, прошёл свои 50 минут до института.