ymblanter

25 марта 2011

В своё время я провёл три месяца в Израиле по работе, и смог довольно много всего посмотреть. Так что в каждый новый приезд я стараюсь просто с удовольствием провести время. Но оставалось у меня одно место, куда я за всё это время так и не смог попасть. Это Кесария Приморская. И я решил, что на этот раз попаду.

Верхний дворец Ирода

Сделать это было не очень просто. Подходила мне только пятница, причём в ночь с четверга на пятницу я находился в Хайфе, а с пятницы на субботу у меня был забронирован отель в Тель-Авиве. Кесария Приморская технически представляет из себя национальный парк, но общественного транспорта туда нет. Ближайшая железнодорожная станция — Биньямина, в семи километрах. В принципе, какие-то города вблизи есть, Кейсария и Ор Акива, но тривиальным образом понять, как и откуда туда можно доехать на автобусе, мне не удалось. А в пятницу по понятным причинам всё движение общественного транспорта к вечеру прекращается, причём сильно задолго до заката солнца. Последний поезд из Биньямины на юг уходил в районе четырёх. Так что, приехав с утра в Биньямину, я просто взял такси, показав водителю бумажку в 50 шекелей, и через 15 минут вышел у крепостных ворот Кесарии.

Кесария была основана Иродом Великим, известным по Новому Завету эпизодом о вифлеемском избиении младенцев, и покрывшим своими дворцами, кажется, всю Палестину. Строительство было завершено в 13 году до РХ, и Кесария сразу же стала местом резиденции префекта провинции Иудея. С 26 по 36 год в этом качестве тут находился Понтий Пилат, и именно в Кесарии было обнаружено (в 1961 году) первое материальное доказательство его существования — каменная плита с надписью, упоминающей префекта Иудеи Понтия Пилата. Именно тут два года в тюрьме содержался апостол Павел, тут потребовал от нового прокуратора суда императора, и отсюда был морем отправлен в Рим. В 70 году, после разрушения Титом Иерусалимского храма, в Кесарию была переведена столица всей провинции Иудея. После распада Римской империи Кесария осталась в восточной части, а в 638 году была завоёвана арабами и вошла в состав Халифата. С 1101 по 1265 год, с перерывом всего на четыре года, город находился в руках крестоносцев. Взявшие его мамелюки разрушили все фортификации, и город обезлюдел. Попытка заселить его была предпринята в конце 19 века турками, которые переселили в Кесарию беженцев из Боснии, и даже построили для них хорошо сохранившуюся мечеть. Из этого ничего не вышло. В 1950-е и 1960-е годы были проведены раскопки. Сейчас на территории бывшей Кесарии Приморской никто не живёт, и она представляет собой археологический памятник, расположенный на огромной площади — наверное, несколько сот гектар только внутри ограды, а есть ещё объекты, например, акведук, снаружи.

Вся Кесария — полоса на берегу моря. Прибой в некоторых местах такой сильный, что надо выжидать, пока пройдёт волна, а потом быстро бежать. На севере имеется застройка вокруг бывшей гавани — как раз там боснийская мечеть и ряд других зданий, занятых галереями и ресторанами, а археологические памятники происходят от времён крестоносцев. Южнее, через стену — руины римского времени и ипподрром, ещё южнее — два дворца Ирода, верхний и нижний, а дальше, в самом конце — амфитеатр. На заднем плане постоянно видны три огромные трубы тепловой электростанции Орот Рабин в Хадере и нефтяной морской терминал для её снабжения.

Сохранилась часть стены, построенной крестоносцами. Это около входа:

Турецкие постройки, на второй фотографии как раз мечеть для боснийских беженцев:

Церковь крестоносцев:

Дальше я отправился в римскую часть.

Общий вид со смотровой площадки. Большая площадка, покрытая песком, прямо в центре кадра — ипподром. За ним, левее, в море уходит скала, на которой находится дворец Ирода. На левом краю кадра с трудом различим амфитеатр.

Минарет боснийской мечети.

Ворота в стене, разделяющей римский город и крепость крестоносцев.

Фрагмент мозаики.

Разные римские артефакты.

Ипподром.

Нижний дворец Ирода.

Верхний дворец Ирода.

Амфитеатр.

Снова ипподром.

У меня оставалось немного времени, и я решил пройтись по берегу моря в северном направлении, где должны были находиться два акведука — большой и малый. Для этого надо сначала пройти через весь национальный парк, по мосту перейти через ров крестоносцев и тем самым оказаться снаружи парка (на мосту нет никакого пункта оплаты, но когда я там шёл обратно, где-то всё-таки у меня билет попросили), пройти немного по дороге, когда та повернёт от берега, найти идущую вдоль берега тропу и пойти по ней. Акведуки я увидел, но до них не дошёл, так как время поджимало, а у меня к тому же был багаж.

Снова стена крестоносцев.

Берег и фрагмент стены. Справа виден малый акведук. Большой акведук слева за кадром.

Я вернулся к гавани, выпил кофе, и, посмотрев, что у меня остаётся три часа до последнего поезда, решился идти пешком. Мне никогда раньше не приходилось бывать в сельском Израиле — то есть я, конечно, проезжал на машине, автобусе и поезде через самые разнообразные местности, но никогда в них не останавливался, или, например, никогда не бывал в кибуце. А территории западнее Биньямины были освоены ещё в 1920-е годы, частью здесь распахано, частью просто какие-то сельские пейзажи. Только в середине надо пройти пару километров по Ор Акиве, а за ней — километр по резервной полосе автодороги, что, по всей видимости, запрещено, но выхода у меня не было, а мной так никто и не заинтересовался.

Банановая плантация непосредственно восточнее Кесарии.

Пейзаж у дороги 4.

Поезд подходит к станции Биньямина.

Бурж Биньямина.

Надпись силами проекта Израиль русской Википедии была переведена так:

Бурж Биньямина построен в середине XIX века, в качестве здания (сельскохозяйственной фермы) на руинах построек византийского периода. В 1889 году здесь останавливался кайзер Вильгельм II по дороге на встречу с доктором Герцлем в Иерусалиме. В начале XX века барон Ротшильд купил земли Бурдж у наследников Салима Хури. Эти земли были разделены между 27-ю фермерами из Зихрон-Якова <поселение к северу от Биньямины>. Фермеры жили в большом караван-сарае всю рабочую неделю, обрабатывали земли, а в пятницу возвращались в Зихрон. В 1922 году, после основания Биньямины, часть из них переехала туда и жила на улице ха-Хореш. Сегодня старый караван-сарай используется как зал торжеств, сочетающий атмосферу прошлого и праздник настоящего.

На момент написания этого поста никаких других сведений об этом здании, ни по-русски, ни по-английски, мне обнаружить не удалось.

Пейзаж с другой стороны от Буржа.

На поезд я успел, даже бежать не пришлось. Напротив меня сидели, видимо, ехавшие из Хайфы (в этот день шёл ремонт дороги к северу от Хайфы, и все поезда в Нахарию были отменены) отец с дочерью, явно не израильтяне, а приехавшие в гости. Девушка сначала читала Сильмариллион в переводе на русский, но выглядела при этом совершенно нормально. В какой-то момент ей надоело, и они стали обсуждать, где надо выходить. Мне показалось, что я знаю ответ на вопрос, который они обсуждали, лучше них, но вмешиваться не стал, решив, что лучше от этого никому не будет, а хуже легко может стать. Они вышли на центральной станции Тель-Авива, а я на ха-Шалом, и меньше чем за час дошёл до отеля Метрополитен.

Надо сказать, что я почувствовал ещё один шаг научно-технической революции. Дело в том, что я практически не представлял, как идти из Кесарии в Биньямину. У меня был с собой неплохой атлас Израиля пятилетней давности, но на нём не было достаточной для меня точности, а национальный парк был обозначен звёздочкой. Ещё год назад я бы, наверное, из-за этого расстраивался, а сейчас просто распечатал гугл-мэп соответствующего участка, чего мне было более чем достаточно. То же самое и с Тель-Авивом: у меня была обзорная карта, и два листа гугл-мэпа идеально покрыли всё, что мне было нужно. Через месяц в Стамбуле я уже вообще не стал заморачиваться покупкой каких-либо карт, а просто распечатал пачку листов из гугл-мэп, покрывавших всё, что мне могло понадобиться. Следующим шагом, видимо, должны быть общедоступные топографические карты, но пока за это, насколько я знаю, никто особенно не взялся.

Ну, и в качестве бонус-пункта — виды с четырнадцатого этажа отеля Метрополитен, одного из самых высоких зданий города.

Тель-Авив — всё-таки удивительный город. Но об этом как-нибудь в другой раз.