Why Nations Fail

[ymblanter]

Дочитал книгу Аджемоглу и Робинсона "Why Nations Fail". Кажется, она переведена на русский, но я читал по-английски. Купил я книгу когда-то на пересадке в аэропорту имени Ататюрка в Стамбуле, ровно в том месте, которое потом взорвали. Для понимания дальнейшего текста надо иметь в виду, что, хотя самые минимальные познания в экономике у меня есть, я никоим образом не экономист. Даже не близко. Всё, что идёт ниже — абсолютно дилетантские рассуждения.



Про существование книги я впервые узнал, прочтя какой-то текст Константина Сонина. Вообще, по-видимому, у нас с ним в точности противоположные взгляды практически по любым вопросам, и по вопросам литературы в частности, поэтому его рекомендация с большой вероятностью означала, что книга мне не понравится. Но что-то он такое сказал, я уже не помню, что именно, что меня зацепило. Я забыл, а потом увидел книгу в Стамбуле и решил купить. И не пожалел потом ни единой отданной за неё лиры.

Книга очень хорошо написана. Как минимум, для читателя, представляющего, кто такие, например, Елизавета I Английская или Франклин Делано Рузвельт. Читать очень легко, авторы подкрепляют свои аргументы массой материала, и всё выглядит очень убедительно. Основная идея авторов довольно проста, и её можно упрощённо изложить в одном абзаце, и этот абзац даже не будет спойлером — в первой же главе книги она и изложена.

Богатство нации, говорят нам авторы — примерно то, что мы привыкли упоминать, отличая "развитые" страны от "развивающихся", определяется возможностью долгосрочного экономического роста, а возможность этого роста — характером существующих общественных институтов. Все такие институты они делят на две категории — extractive (добывающие), целью деятельности которых является перераспределение доходов в пользу узкого круга лиц, и inclusive (инклюзивные), при которых все члены общества тем или иным способом вовлечены в принятие решений. До 17 века, говорят они, все институты по всему миру были добывающими, а потом, в силу ряда событий, в некоторых странах — большинство из них европейские — удалось установить инклюзивные институты. Без них возможен кратковременный рост экономики за счёт эксплуатации какого-то исчерпаемого ресурса (один из примеров книги — СССР и экономический рост 1930-х годов, достигнутый за счёт переселения большей части населения в города), но исторически долго такой рост продолжаться не будет. Более того, установить инклюзивные институты в обществе, где доминируют добывающие институты, по чьему-то желанию невозможно — добывающие институты будут этому сопротивляться. Смена институтов возможна только в критические моменты — которыми часто, но не исключительно, бывают войны и революции. Какой-то шанс может быть, если к критической точке государство подошло достаточно централизованным — иначе получается как в Сомали, и никакая война не поможет, но этот шанс используется далеко не всегда. Зато, если уж инклюзивные институты удалось установить, то демонтировать их тоже довольно сложно, хотя и возможно.

Эта методология, на самом деле, довольно сильная. Например, её довольно легко применить к некоторым волнующим современные умы вопросам. Скажем, что будет с Россией, когда Путин уйдёт от власти. Или каковы шансы, что Китай надолго станет первой экономикой мира (конкретно этот пример в книге разобран — и, так как она издана в 2012 году, то мы уже можем проверить, осуществились ли обозначенные в ней тенденции). Или даже — сможет ли Трамп превратить США в авторитарное государство. Исчезнут ли европейские демократические институты из-за наплыва беженцев. И так далее. При неверном с книгой обращении она может приобрести (и, возможно, даже в каких-то кругах приобрела) статус культовой. Так, скажем, поклонники взгдядов Егора Гайдара при попытке с ними что-либо обсудить, говорят "Читайте книгу Гайдара, там всё написано". Ну, или дают ссылку на страницу. Легко себе представить университетского профессора, который даёт интервью какому-нибудь средству массовой информации и на вопрос "Когда уйдёт Путин и что будет после него" отвечает "Читайте Аджемоглу и Робинсона, у них всё написано".

Первые четырнадцать глав авторы ни слова ни говорят о том, что книга представляет предложенную ими новую теорию. То есть, конечно, они вынуждены представить существующие точки зрения и их опровергнуть, но впечатление у читателя создаётся, что против этих точек зрения в ход пущена не одна такая же, а все силы мировой экономической теории. Тем более, что авторы — люди профессионально вполне состоявшиеся. Не пытаясь перечислить все их прошлые и будущие регалии, отмечу, что Аджемоглу — профессор MIT, а Робинсон на момент написания книги был профессором Гарварда, а потом перешёл в Чикагский университет — что для экономистов даже сильнее Гарварда. Тем не менее, авторы излагают собственную теорию, к тому же довольно новую, и, что более важно, не всеми признанную и разделяемую. Это вам не критика теории плоской земли или Новой хронологии. Идеи, которые Аджемоглу и Робинсон критикуют, придуманы не фриками и не вчера, и, даже если опубликованные в книге идеи возобладают, сначала в научном сообществе, а потом и в реальной политике, на это уйдёт не один десяток лет. Книгу уже критиковали по полной программе, и отнюдь не последние в экономике и политологии люди.

Авторы прекрасно это понимают, и потому написали последнюю, 15-ю, главу, заметно отличающуюся по стилю от предшествующих. Там они рассказывают про помощь развивающимся странам. Помощь, говорят они, будет всегда, так как граждане богатых стран в целом считают нужным помогать бедным странам. Но, если идёт речь о прямой гуманитарной помощи жертвам войн или природных катастроф, она, конечно, частично разворовывается, но в целом до получателей доходит. Что касается же помощи, которая даётся на развитие демократических институтов, то даже то, что не разворовывается, тратится совсем не на то, на что предполагается. Например, если деньги выделены на развитие конкурентных выборов, то часть из них пойдёт на развитие конкурентных выборов — только вот конкуренция на них будет ровно в той мере, в какой это устраивает существующие власти, и постольку, поскольку это не угрожает их существованию. В противном случае помощь не будет принята, или будет использована вовсе не по назначению. И, говорят авторы, это полностью согласуется с их теорией — и тут они впервые упоминают, что это теория, а не общепризнанные истины, — так как нельзя построить в стране инклюзивные институты по желанию извне, если самому обществу это не нужно. А, стало быть, подобного рода помощь — просто, в лучшем случае, выброшенные деньги, а в худшем — потраченные на укрепление власти, которая никакие инклюзивные институты строить не будет.

You can not engineer prosperity.

Посмотрим, будут ли их слушать.