Высокий Берег

[ymblanter]

15 июля 2010 Собственно, на этот день у нас не было ни плана А, ни плана Б, ни какого-либо другого плана. Был только Лонли Плэнет по Швеции, который у меня до того не было времени открыть. Утром пришлось, наконец, разобраться. Разбирательства показали, что сначала надо доехать до Сундсваля, который стоит на берегу моря, там перебраться на остров Алнён, и уже там что-то ловить. С этим мы, хоть и не самым оптимальным образом, справились. На остров ведёт довольно внушительный мост (они вообще в Швеции неплохие, начиная с моста через Эресунн и моста на остров Эланд), а в паре километров севернее моста около дороги стоят две церкви — слева Старая Алнёнская (XIV век), справа Новая Алнёнская (1896).



Национальный парк Скулескоген



Старая церковь — хороший пример северной средневековой церкви. Когда-то такие, как я понимаю, стояли во всех северонемецких, датских и шведских деревнях, сейчас их осталось сильно меньше (ближайшая от Алнёнской, вроде, в Уппсале), они все на счету, но их всё-таки не единицы и даже не десятки. Алнёнская — небольшая, без излишеств (снаружи точно, внутрь мы не попали, но в деревенских лютеранских церквях внутри излишеств всё равно не бывает). Новая — неоготика, стандартное кирпичное здание. Никакого города там нет, стоят даже не посреди деревни, а где-то на выселках, почти в лесу.







Старая Алнёнская церковь





Новая Алнёнская церковь

Дальше мы благополучно выбрались на основную дорогу, и ещё севернее обнаружили мост через морской залив (фактически — эстуарий реки Онгерманэльвен). Примерно такой.



Мост через Онгерманэльвен

На северо-восточном берегу оказался отель с довольно неплохим рестораном, а потом я с некоторым удивлением обнаружил, что нахожусь на территории объекта Всемирного наследия Высокий Берег. Объект этот устроен как-то сугубо нетривиально. Он призван охранять живописное побережье Ботнического залива к северу от устья Онгерманэльвен, но в большинстве мест к этому побережью невозможно подойти, будто это не объект Всемирного наследия, а какой-нибудь особо охраняемый заповедник или стратегический объект. В принципе, устроены какие-то тропы, которые так или иначе идут вдоль берега, но это нас не устраивало, так как было уже около полудня, а нам надо было в тот же день вернуться в машину, да ещё и проехать довольно далеко на север. Так что такой вариант отпадал. Я поизучал ещё схемы, которые там висели, потом собственный атлас Скандинавии, и обнаружил, что в паре десятков километров севернее имеется национальный парк Скулескоген. Парк совсем небольшой, меня смущало только то, что на атласе (шестилетней давности) к нему вообще не были нарисованы никакие дороги — просто квадратик зелёного цвета посреди тайги. Тогда я решил, что нам всё равно ехать на север, найдём указатель — свернём, не найдём — значит, такая у этого парка судьба.

Прямо перед парком дорога выходит на короткое время на берег моря. Берег в этом месте очень красивый, со множеством шхер. Жалко, что к воде практически не подойти.



Уллонгер, вид на фьорд

Еще северо-восточнее мы, наконец, обнаруживаем указатель на национальный парк, при этом на южный въезд (действительно, есть ещё и северный). Сначала асфальт вдоль фьорда, потом грейдер, потом грейдер с одной полосой (то есть разъехаться можно только в специально отведённых для этого карманах). Дальше парковка и шлагбаум. Никакого описания парка у нас, естественно, не было, Лонли Плэнет его своим вниманием не удостоил, вся информация, что есть, нарисована на карте на парковке. Карта сообщила нам, что в парке есть пешеходные тропы, и что на расстоянии около 3 км от нас находится какая-то гора. Отец сказал, что ни на какую гору не пойдёт и останется у машины, мы договорились, что в любом случае через два часа придём обратно, и втроём ушли на тропу. Тропа сначала вела нас вдоль какой-то полудостроенной дороги — как я понял, парк сейчас активно обустраивают и собираются проложить дорогу и брать деньги за въезд, чтобы было как в Америке. Потом дорога ушла куда-то наверх, а тропа вошла в пихтовый лес, и вынырнула из него на берегу фьорда. Насколько я понимаю, большая часть посетителей парка на песчаный пляж на берегу и идёт, а мы отправились по тропе дальше, и вместе с ней полезли на гору. Тропа сначала подняла нас на какие-то камни, потом пошла по деревянным мосткам по болоту, а потом вывела нас на какие-то россыпи валунов и, наконец, вышла из тёмного леса на светлый сосновый, да ещё и поднялась на скалы. Тут мы обнаружили, что идём больше часа, до горы не дошли (и где она, не совсем понятно), а отцу дозвониться не можем — его телефон отвечает, что он вне действия сети. Пришлось со скал посмотреть вниз на море, и после этого возвращаться. Для первого раза вполне ничего, но места очень красивые. Такие скальные пейзажи (там высота больше ста метров) с хвойным лесом я видел только на западном берегу Кандалакшского залива. Надо будет как-нибудь туда вернуться и потратить больше времени.













Национальный парк Скулескоген

Последнее, что у нас оставалось на этот день — церковь в Бюгдео (Bygdeâ), о которой мы, собственно, ничего не знали, и поехали туда только потому что увидели указатель на достопримечательность. Церковь построена в 1539 году и, хотя архитектурных излишеств не содержит, довольно удачно расположена, на высоком берегу пруда в ничем более не примечательной деревне. По совместительству это самая старая церковь Норрланда. Около церкви деревянная колокольня нетривиальной формы, а, кроме того, мы нашли там могильную плиту по-русски, фотография которой прилагается. Что именно там происходило, я не понял, моего русского, очевидно, для этого не хватает, ясно только, что это имело какое-то отношение к последней русско-шведской войне, результатом которой стала передача России Великого княжества Финляндского. До Финляндии там вроде ещё несколько сот километров, боевые действия в этой глуши не шли, так что, видимо, без специальной литературы тут не разобраться.









Бюгдео

В Бюгдео мы были уже на закате (из-за чего церковь пришлась аккурат против солнца), а заночевали, не доехав несколько десятков километров до Шеллефтео.

Comments

[albokarev.livejournal.com]

Надпись интересная - видно, что когда старую плиту заменяли, шведский каменотес, по-русски не понимавший, воспроизводил текст как рисунок, оттого и ряд ошибок-неточностей.

Как раз здесь, немного не доезжая Бюгдео, 7-8 августа 1809 года был последний бой последней войны, которую Швеция вела в своей истории - сражение при Сэваре (Sävar) во время русско-шведской войны 1808-1809 годов. Там ещё на поле боя монумент стоит, довольно скромный, иногда реконструкторы собираются.

Готовцев Семён Степанович командовал в бою Азовским мушкетерским полком. Он женился в начале 1809 года, и его дочь родилась уже после его смерти - да и та умерла в возрасте 4 лет. Вдова генерала - у них была разница в 18 лет - снова замуж не вышла, а ушла в монастырь - вначале в Горицкий, под Кирилловым, а потом её как человека знающего и опытного (выпускница Смольного) вызвали в Санкт-Петербург для организации женского монастыря в столице - Новодевичьего на Московском проспекте. Очень известный был в прошлом человек, игуменья Феофания. В советские годы в монастырских корпусах ВНИИЭМ сидел, сейчас чинят его помаленьку. Такая история.

[ymblanter.livejournal.com]

Саша, большое спасибо, буду знать.